Михаил Самуилович Качан (mikat75) wrote,
Михаил Самуилович Качан
mikat75

Categories:

Часть 3. Вера Августовна Лотар-Шевченко, какой мы ее помним...

Продолжение. См. все части: 1,   2,   3,   4,   5,   6,   7,   8,   9,   10,   11,   12,   13,   14,   15,   16,   17.   18.

Вера Августовна, какой мы ее помним

 

Вскоре Вера Августовна переехала в Академгородок и стала солисткой новосибирской Филармонии, разъезжая по всем городам страны с концертами. В Академгородке вокруг нее всегда было много народа. Люди приходили к ней домой, и она им играла. Эти домашние концерты вошли в привычку. В первые годы ее опекали супруги Ляпуновы.  Ей такая опека была очень нужна. Она была совершенно неприспособлена к советскому быту. И помогали, чем могли. Например, супруга Алексея Андреевича подарила ей шубу, а то она так бы и ходила зимой в демисезонном пальто. Близким другом стал и профессор Кирилл Алексеевич Тимофеев, который часто приходил к ней либо один, либо вместе с женой и водил к ней студентов НГУ и фымышат. Постоянно рядом была Татьяна Дмитриевна Третьякова. К Вере Августовне приходили знакомые и незнакомые ей люди. Заходили многие, но друзей было немного.

Вера Августовна Лотар-Шевченко жила вне быта. В ее квартире была необходимая мебель, но не более того. В большой комнате стоял рояль "Беккер", за который она постоянно присаживалась. Здесь она чувствовала себя уверенно. Соседи, зная, что она – пианистка, не возражали, хотя слышимость в доме была абсолютной. Ее любили, и ей помогали. Ничего от мещанского уюта в квартире не ощущалось – ни рюшечек, ни слоников... На стене висели афиши ее концертов, а над диваном была репродукция натюрморта Матисса. На тумбочке стоял проигрыватель, а на пластинках была, в основном, фортепианная музыка. На книжной полке – книги на всех европейских языках, но главным образом, на французском.

Я бывал в ее квартире редко и только вместе с женой, Любовью Николаевной. А вот Любочка, как ее звала Вера Августовна, – по крайней мере, с 1973 и до кончины Веры Августовны, – минимум пару раз в неделю. Если проходило больше 2-3-х дней, Вера Августовна звонила и говорила: «Любочка, ну где же Вы? Мне не с кем поговорить по-французски».

Покинув профсоюзный комитет в 1967 году, я стал по роду работы часто бывать в командировках в Москве и всегда привозил сыр «Русский камамбер», по вкусу, на самом деле, похожий на бри. Вера Августовна его обожала, а в Новосибирске в магазинах он не продавался. Любочка спешила принести ей этот сыр, как только я его привозил.

            В своей квартире Вера Августовна постоянно устраивала концерты. Приходили друзья. Кирилл Алексеевич Тимофеев приводил студентов и фымышат. И те, и другие знали ее, потому что она давала концерты и в ФМШ, и в НГУ. Любочка на таких концертах в ФМШ рассказывала о композиторах, об их произведениях. Она сопровождала в ФМШ Веру Августовну, а потом помогала ей добраться до дома.

            Иногда Вера Августовна давала тематические концерты в музыкальном салоне Дома ученых, и часто выражала недовольство качеством инструмента. Там и на самом деле был рядовой инструмент. 

о Вере Августовне Лотар-Шевченко

 О Вере Августовне писали и продолжают писать многие, но в большинстве те, кто ее не знал и пользовался рассказами других, домысливая их несуществующими подробностями, или видел ее пару раз, но потом считал себя едва ли не ее другом. Я не хочу полемизировать с ними, и пишу здесь только то, что знаю я или рассказывает Любочка со слов самой Веры Августовны или рассказывают люди, близко ее знавшие. И если со слов других людей, то я ссылаюсь на них. Вот, что она рассказывала сама о себе.

Юная Вера ЛотарОна родилась в 1900 году Ницце. Но эту дату она, конечно, сама , как истинная француженка, никогда не называла. Часто приводят другую дату – 1901 год. Но вот этого я точно не знаю.

 

Юная Вера Лотар

 

Во многих статьях, в т.ч. и в Википедии говорится, что родилась она в Турине, в Италии. Но мы с Любочкой помним, – что в Ницце. Фамилия отца Lothar, возможно, говорит, что он был родом из Лотарингии, где вместе живут и французы, и немцы. Вера Августовна хорошо знала немецкий язык, у нее в библиотеке было немало книг на этом языке. Отец ее был профессором математики в Сорбонне. Мать, по-видимому, испанка, блиставшая в высшем обществе, по словам Веры Августовны, была занята только собой и дочерью мало интересовалась. Татьяна Дмитриевна Третьякова, которая организовывала Вере Августовне концерты от филармонии в поселках и небольших городах Новосибирской области, по-видимому, имела возможность общаться с Верой Августовной больше других. Вера Августовна говорила ей, что ее мать была испанкой. Татьяна Дмитриевна считала ее отца не французом, а немцем. Она так себе его представляла. Это тоже вполне возможно. Забавно было бы: отец – немец, мать испанка, а она сама – француженка. Но это все документально не подтверждено.

Музыкой Вера занималась с раннего возраста, сколько помнит себя. Уже в 12 лет она играла с оркестром Артуро Тосканини. Ее учителем в Париже был знаменитый французский пианист Альфред Корто, в школе которого она занималась. Необычная трактовка произведений характерна для пианистов именно этой школы.

В 16 лет Вера Августовна закончила Парижскую консерваторию, а потом училась в Венской. Большое влияние в Вене на нее оказал замечательный пианист и очень эрудированный музыкант Эмиль фон Зауэр. Вера Лотар была победительницей на международном конкурсе пианистов и скрипачей им. Маргариты Лонг и Жака Тибо.

Инженера-акустика Владимира Шевченко она встретила в начале 30-х. Его четырехлетним мальчиком в 1914 году привезли родители в Париж, да там и остались. К моменту их встречи у Шевченко уже было два сына. А вскоре у молодоженов родилась девочка. Владимир Шевченко рвался в СССР строить новую жизнь. Вере СССР представлялся романтической страной, где она будет вдохновлять своей игрой советских людей, и она с радостью поехала вслед за мужем. Они приехали в Советский Союз в 1939-м впятером, – с тремя детьми. Их девочке в ту пору было пять лет. Вере без знания языка было очень трудно. Устроиться на работу в Ленинградскую филармонию ей помогла известная пианистка, профессор Московской консерватории и весьма неординарный человек Мария Юдина.

Здесь я прерву  свое повествование о Вере Августовне Лотар-Шевченко для того, чтобы привести выдержку из Википедии о Марии Вениаминовне Юдиной.

 великая пианистка Мария Юдина

              Мария Вениаминовна Юдина родилась в городе Невель, Псковской губернии, в еврейской семье. С детства отличалась страстным, неукротимым темпераментом, а её интересы были чрезвычайно широки и никогда не ограничивались музыкой.

Первые уроки игры на фортепиано получила в возрасте шести лет от Фриды Тейтельбаум-Левинзон, в 1912 поступила в Петербургскую консерваторию, где училась в классах фортепиано Анны Есиповой, затем Феликса Блюменфельда, Анатолия Дроздова, Леонида Николаева, а также изучала широкий круг других дисциплин.

Блестяще окончив консерваторию в 1921, Мария была принята в штат консерватории и начала активную концертную деятельность, впервые выступив с оркестром Петроградской филармонии под управлением Эмиля Купера. Первое сольное выступление Юдиной в Москве состоялось в 1929 году.

 

 Мария Вениаминовна Юдина

 

В 1930 Юдину увольняют из Ленинградской консерватории после газетных публикаций в рамках борьбы с религиозными взглядами преподавателей. Два года спустя ей удаётся получить место профессора в консерватории Тбилиси, а с 1936 — (при содействии Генриха Нейгауза) в Московской консерватории, где она работала до 1951. В 19441960 Юдина также преподавала в Институте имени Гнесиных.

Юдина относилась к числу любимых пианистов Иосифа Сталина. Существует такая версия. Однажды ночью, когда Сталин неожиданно услышал по радио трансляцию фортепианного концерта №23 Моцарта, у него на глазах появились слезы, и он немедленно потребовал сделать оттиск, чтобы всегда иметь при себе пластинку. Когда Юдина приехала домой после концерта, то надолго уснуть ей не удалось: ее разбудили офицеры, увезли в студию звукозаписи, где ее уже поджидал наскоро собранный небольшой оркестр, - и так была сделана запи  сь прямо в середине ночи, а единственная копия была оттиснута с матрицы и затем представлена Сталину (матрица выжила, и запись доступна на компакт-диске).

Несмотря на признание со стороны вождя, пианистка оставалась бескомпромиссным критиком сталинского режима. А когда ей выдали Сталинскую премию, то она пожертвовала ее Православной Церкви на покрытие "бесконечных сталинских грехов". Один из москвичей так рассказывает о первом впечатлении от Марии Юдиной: «У меня есть два врага, — говорит Юдина, прибирая со стола после обеда, — крошки и советская власть».

В 1960 году Мария Юдина была уволена из Гнесинского института из-за своих православных убеждений и за симпатии к современной западной музыке. Она продолжала давать публичные концерты, но ей было отказано в записях. После того, как в Ленинграде она прочла со сцены стихи Бориса Пастернака в ответ на вызов на бис, Юдиной был запрещено концертирование на срок в пять лет.

В 1966 году, когда запрещение было снято, Мария Юдина прочла цикл лекций по романтизму в Московской Консерватории.

С начала 50-х годов Мария Юдина — прихожанка московского храма Николы в Кузнецах и духовная дочь его настоятеля, протоиерея Всеволода Шпиллера (который, кстати, тоже любил музыку — особенно оперы Верди).

Юдина прожила всю жизнь в бедности и лишениях: не имела собственного рояля, ходила много лет в одном платье, часто недоедала. Она была убеждена, что художник должен быть беден. Всегда помогала страждущим, вызволяла из ссылок репрессированных друзей. Последний концерт пианистки состоялся в 1969 г..

 Выйдя из лагеря, Вера Августовна разыскала Марию Вениаминовну Юдину, и они в каждый приезд Веры Августовны в столицу непременно виделись.

Вера Августовна Лотар-Шевченко – жена «врага народа»

             Вот такой человек и помог на первых порах Вере Лотар-Шевченко с устройством на работу в Ленинградскую филармонию и с организацией первых ее концертов в СССР. Вера Августовна всегда отзывалась о Марии Вениаминовне Юдиной только в превосходной степени. Только её трактовка музыкальных произведений нравилась Вере Августовне. Больше ничьи. И, говорят, стили их исполнения были близки.

А потом пришла беда: в 1941 году (эта дата тоже не очень достоверна, но я следую сайту ФМШ http://sscadm.nsu.ru/ssc/lotar_shevch.htm) арестовали Владимира, заподозрив его в шпионаже. Она осталась с тремя детьми. Вера Августовна очень образно рассказывала, как она ходила по инстанциям, требуя освободить мужа. Трудно представить себе, как она изъяснялась на своем ломаном русском языке, практически не зная его.

– Я им говорила: «Вы дураки и идиоты. Неужели вы не понимаете, что он ни в чем не виноват. Что он честный человек и приехал помогать Советской стране строить социализм.

Кому-то это надоело, и ее тоже арестовали, как жену врага народа (возможно это было уже в 1942 году, но и эта дата недостоверна). Уже после освобождения она узнала, что девочка ее пропала, один из сыновей погиб при бомбежке, а другой выжил. По другим сведениям оба и младшие сын, и дочь погибли при бомбежке. Старший, которого звали Олег после армии стал именоваться Денисом Яровым. Он стал скрипичным мастером и был признан впоследствии одним из лучших мастеров страны. После освобождения Вера Августовна нашла его, и они поддерживали дружеские отношения. 


Продолжение следует

Tags: Академгородок, Лотар-Шевченко
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments